ЛЕГКИЕ ТАНКИ
ЛЕГКИЕ ТАНКИ

Легкий танк Т-37А

 

Для того, чтобы улучшить ситуацию и повысить количество производимых плавающих танков и их качество Спецмаштрест в 1934 году начал строительство двух новых цехов на заводе № 37 и приобрёл за рубежом новое оборудование и станки. Но все принимаемые решения не давали результата. И только полная замена руководства завода позволила стабилизировать ситуацию к концу года. В конструкцию внесли некоторые технические изменения. Новый вариант Т-37А продемонстрировал более приемлемые ТТХ. Однако на проектную мощность завод вновь не вышел. На этот раз причина заключалась в хронической недопоставке корпусов. Большую часть из них (клёпаные) поставлял подольский завод, меньшую (сварные) – Ижорский. И только целевое наращивание производственных мощностей на подольском заводе позволило решить данную проблему к весне 1936 года. Параллельно с серийным выпуском танк Т-37А активно использовался в качестве базовой модели для проверки различных технических решений. Одним из них была попытка УММ РККА переоборудовать все танки в колёсно-гусеничные. В данном случае эта идея была реализована в металле конструктором П.Шитиковым (Т-37Б). В целом это был принципиально иной танк, в конструкции которого использовались элементы Т-37А. Танк Шитикова имел бронекорпус меньших габаритов, иную компоновку (члены экипажа располагались друг за другом) и цельноштампованную коническую башню. Меньшая масса (2700 кг) давала возможность использовать для перемещения танка на значительные расстояния  серийный трёхтонный грузовик. Прототип был изготовлен в 1935 году, причём работы по данной модели начались только после личного вмешательства К.Е.Ворошилова, которому танк понравился. Однако полевые испытания подтвердили правоту экспертов, выступавших против Т-37Б. Огромное количество недостатков, присущих указанной модели, сводило на нет единственное преимущество – меньшую массу. Через достаточно незначительный промежуток времени (3 месяца), прошедший с вынесения отрицательного решения по Т-37Б П.Шитиков предлагает проект нового танка Т-37В. Его отличительными особенностями стало заднее расположение ведущего колеса, увеличение запаса хода, дальнейшее снижение массы и улучшенное размещение членов экипажа. Однако этот проект не вызвал энтузиазма у сотрудников УММ РККА и в изготовлении прототипа было отказано.

Основными модификациями танка Т-37А, выпускавшимися серийно, являлись:

Т-37А (серийный) в зависимости от даты изготовления указанная модель имела незначительные изменения в конструкции, но, независимо от этого, выпускалась под одним индексом. Первые экземпляры не имели боковых поплавков, вместо них стояли плоские надгусеничные полки. У них не было волноотражательного щитка. Танки поздних сроков выпуска имели пустотелые поплавки, в отличии от выпускавшихся в 1934 – первой половине 1935 годов. У этих танков поплавки заполнялись пробкой. В конструкции использовались новые материалы (например, в конце 1935 года на танковые двигатели стали устанавливать алюминиевые головки блоков цилиндров, что существенно увеличивало их мощность). Серийные танки Т-37А подразделяли на радийные и линейные. Первые имели рацию и поручневую антенну.

Т-37А (химический) заводское обозначение БХМ – 4. в данном варианте танк оборудовался специальным комплектом съёмного оборудования и мог использоваться в качестве огнемётного или в качестве постановщика дымовых завес. Огнеметание можно было проводить на расстояниях до 25 м (15 выстрелов). В линейние части РККА поступило 75 танков (в 1935 году – 34, в 1936 – 41). Однако к апрелю 1941 года осталось только 10 танков Т-37А химических у установленным оборудованием, 4 из которых – на складском хранении. С остальных машин оборудование демонтировали.

Т-37РТ радиофицированные танки (для внутренней связи – танкофон, для внешней – радиостанция 71-тк-1 с поручневой антенной). В числе экспериментальных образцов, создававшихся на базе Т-37А, необходимо отметить дизельные танки. В 1935 году два Т-37А были оснащены импортными дизелями «Паркинс». Испытания показали преимущества дизельного двигателя перед карбюраторным. Но работы были прекращены, так как собственных дизелей у СССР не имелось, а закупки иностранных двигателей были достаточно проблематичны. На базе Т-37А была создана опытная САУ, имевшая на вооружении пушку 20-К калибра 45 мм. Несмотря на ряд безусловных преимуществ (усиление огневой мощи, низкий силуэт…), САУ в серийное производство не пошла. Так как конструкция получилась недостаточно надёжной, излишне тяжёлой и имела малый возимый боекомплект. А командиру было крайне сложно вести огонь из-за функциональной перегруженности. Из-за сложностей с выпуском серийных танков было упущено время. Модель Т-37А в 1936 году уже исключили из списка перспективных. Военная приёмка и строевые части указывали на большое количество недостатков технического характера, присущих Т-37А. Единственной возможностью их устранения являлась глубокая модернизация машины. Результатом этой работы стал появившийся в 1936 году вариант с заводским обозначением 09А, в последующем получивший в войсках индекс Т-38, при создании которого удалось устранить большую часть выявленных недостатков, которые были присущи Т-37А. Новая модель полностью заменила Т-37А. За время серийного выпуска данного малого плавающего танка (1932-1936) завод № 37 смог произвести 2552 танка (включая прототипы и опытные образцы). Из них 643 танка были оборудованы радиостанциями, а 1909 относились к линейным танкам.

 

 

 

 

ЛЕГКИЕ ТАНКИ

Легкий танк  БТ-CВ-2

 

История появления этого танка довольно любопытна. Дело в том, что еще летом 1937 года, при испытании танков БТ-ИС их конструктор Н.Цыганов предложил усилить их защиту, установив бронелисты «под углом». К этому времени опыт боев в Испании показал, что малокалиберная артиллерия прошивает противопульную броню с любых дистанций. Чуть раньше — весной 1937 года — советские конструкторы получили информацию об иностранных танках «с толстой броней», среди которых были признаны заслуживающими внимания следующие машины:

 

 

1. Танки «Рено» и «Гочкис» обр. 35 — легкий тип танков защищенных жидкой броней толщиной до 45 мм.

2.    Танк «Форж и Шантье» обр. 36 (речь идет о танке французской фирмы РСМ-36. - Прим. автора) — тип 10-тонного танка с корпусом обтекаемой формы из катаных листов толщиной 42 мм, скрепленных сваркой под большим углом». Видимо, предложение Цыганова попало в точку — уже в октябре 1937 года конструктор  БТ-ИС получил задачку спроектировать танк БТ с бронекорпусом по типу французской машины. 11 января 1938 года С.Гинзбург направил на имя начальника АБТУ РККА Г.Бокиса письмо, в котором сообщал:

«В настоящее время мы закончили разработку обтекаемого броневого корпуса улучшенной защищенности клиновой формы, но макетная комиссия по танку Т-46 отклонила наше предложение об изготовлении в опытном порядке этого корпуса для его всесторонних испытаний...

В то же самое время группа тов. Цыганова получила задание по испытаниям обтекаемого корпуса на примере корпуса французского танка «Форж и Шантье» образца 1936 года.

Как я Вам писал ранее, указанный корпус весьма сложен в изготовлении, особенно при массовом производстве. Забронированное пространство имеет сложную форму и неудобно для плотной компоновки...

Тем не менее, группа Цыганова уже ведет переделку танка БТ в макет французского танка указанного типа, которая ничего не даст, кроме замера массы, так как корпус изготавливается из не бронированной стали. Прошу Вас пересмотреть указанное решение, так как оно приведет только к бесцельной трате денежных средств. Ожидаемые характеристики указанного типа танка можно получить расчетами, без его изготовления».

Однако это письмо было оставлено без каких-то последствий, так как Цыганов уже получил в свое распоряжение танк БТ-7 и место на броневой ремонтной базе № 12 (бывший завод № 48). Возможно, ему помог его «высокий покровитель» — нарком обороны К.Ворошилов. Ведь не случайно изготовленная в конце 1937 года машина получила обозначение БТ-СВ (Сталин — Ворошилов), хотя в документах встречается и ее второе название — «Черепаха» Основным принципиальным отличием нового танка от БТ-7 стал бронекорпус, листы которого располагались под большими углами наклона (15° - 58°). Носовая часть имела ту же ширину, что и весь корпус. Благодаря этому передняя труба и кронштейны ленивцев танка БТ-7 оказались ненужными. Подвеска передних опорных катков была аналогичной остальным, но с наклоном пружинной рессоры назад под углом в 38°. Корпус БТ-СВ совершенно не имел выступающих частей, за исключением колпаков вертикальных пружин подвески. Все верхние, нижние и угловые листы корпуса выполнялись съемными и крепились с помощью болтов. Для придания броневому закрытию ходовой части большей жесткости предусматривались специальные перемычки (по три с каждой стороны) между нижним краем листа и внутренней стенкой корпуса. В бортовых полостях танка размешались топливные баки. Кормовой бензобак БТ-7 был ликвидирован, в результате корма танка также собиралась из наклонных листов.

Система охлаждения двигателя в отличие от БТ-7 работала в двух режимах: боевом и походном. В боевом положении жалюзи герметично закрывались с места водителя и засос воздуха производился через сетку кормовых воздушных карманов, в походном засос воздуха производился через боковые открывающиеся жалюзи, а выход — через кормовые жалюзи.

Башня БТ-СВ не имела ниши, поэтому радиостанцию перенесли в носовую часть корпуса, где располагался четвертый член экипажа - радист.

Следует отметить, что корпус БТ-СВ изготовлялся из обычных стальных листов толщиной 10—12 мм. Проект реальной бронировки существовал в двух вариантах. Первый предусматривал использование брони марки «ФД» толщиной 40-55 мм, защищавшей от 45-мм снарядов на всех дистанциях; второй был рассчитан на защиту от 12,7-мм пуль и предполагал применение 20—25-мм брони марки «ИЗ».  БТ-СВ проходил заводские испытания зимой 1937 — весной 1938 годов. При этом было проведено «опробование на герметичность от горючей жидкости», а также испытание на прочность ломкой деревьев диаметром 25—30 см. 9 февраля 1937 года БТ-СВ продемонстрировали начальнику АБТУ РККА Г.Бокису, а также представителям завода № 183 — новому начальнику конструкторского бюро - М.Кошкину и Н.Кучеренко. Осмотрев танк, представители КБ оценили машину как «небоеспособную, аргументируя это следующим:

Стрелять из его башни совершенно невозможно, так как будет невозможно заряжать пушку и работать подъемным и поворотным механизмами, а также то, что гильзоулавливатель будет цеплять за заднюю часть башни и мешать стрельбе».  Для выяснения этого по приказанию начальника АБТУ было проведено испытание БТ-СВ стрельбой, причем для этого привлекались командиры, проходившие огневые сборы в ХВО. Ознакомившись с танком и проведя стрельбу, они сделали следующий вывод:

«Работа экипажа в башне удобна, наводка и стрельба из нее никаких неудобств не имеет по сравнению с серийной башней БТ», после чего танк был доставлен на рембазу № 12 для внесения изменений. В частности была изменена установка приборов наблюдения в отделении управления, а в башне смонтированы перископический прицел ПТ-1 и командирская панорама ПТК. После повторных испытаний и устранения недостатков танк, получивший новое обозначение БТ-СВ-2, поступил на НИБТ полигон, где в ноябре - декабре 1938 года прошел испытания. Комиссию, которая проводила его испытания, возглавлял майор Е.А.Кульчицкий, хорошо знакомый с предыдущими танками Цыганова БТ-ИС. В общей сложности «Черепаха» прошла 2068 км. В своих выводах комиссия отмечала:

 

1. Конструкция броневого корпуса танка БТ-СВ-2 вполне рациональна.

2. Проходимость БТ-СВ-2 на гусеницах во всех условиях местности вполне аналогична проходимости БТ-7. Проходимость на искусственных препятствиях ниже, чем у БТ-7 вследствие конструктивно ошибочного выноса носовой части корпуса за пределы ленивцев. Управляемость на колесах неудовлетворительна вследствие малого угла поворота управляемых колес, ограниченных бронировкой ходовой части.

3. Операции обслуживания и ремонта танка БТ-СВ-2 хотя и являются несколько более усложненными по сравнению с БТ-7, все же не представляют серьезных затруднений.

4. В процессе испытания установлена слабость передних балансиров, крепление стоек передних балансиров и рычагов управления колес.

5. Корпус БТ-СВ-2 не показал достаточной герметичности от обливания горючей жидкостью.

6. Введение четвертого рабочего места является безусловным плюсом предлагаемой конструкции корпуса. Размещение экипажа в отделении управления (водитель, радист) вполне удовлетворительно. Размещение экипажа в боевом отделении неудовлетворительно. Теснота, обусловленная малой высотой боевого отделения и малым диаметром основания башни, при значительной ее конусности, в сильнейшей степени связывают свободу экипажа.

7. Вопросы обзорности из боевого отделения, равно как и конструкция смотровых приборов вообще, в танке БТ-СВ-2    совершенно не разработаны.

8. В новой конструкции башни должны быть устранены ее неуправляемость, люфты, в передаче поворотного механизма, и дефекты запорного механизма.

9. Отсутствие зенитной установки снижает боевую ценность танка. В новой конструкции танка следует устранить этот недостаток. Кроме того, следует использовать появившуюся в связи уширением носовой части корпуса возможность установки второго пулемета.

10. Размещение контрольных приборов, арматуры и светильников выполнено неудовлетворительно.

11. Необходимо уменьшение усилий на педалях и рычагах управления (на это обстоятельство уже указывалось в отчетах по испытанию танков БТ-7).

Заключение.

 

Предусмотренный танком БТ-СВ-2 принцип бронирования вполне целесообразен. Ходовая часть танка БТ-7, как база для танка типа БТ-СВ-2, при условии реального бронирования и увеличения реального веса машины до 24—25 т слаба. Испытанный образец можно рассматривать только как макетный. Для практической проверки надежности корпуса и влияния его на работу ходовой части в боевых условиях необходимо изготовление образца с реальным бронированием и испытания его обстрелом.

 

 

 

ЛЕГКИЕ ТАНКИ

 

 

Легкий танк Т-38

 

Не успели первые легкие танки-амфибии Т-37 выкатиться из ворот сборочных заводских цехов, а конструкторы - уже работали над созданием новой версии. Московские танкостроители, принимавшие участие в создании Т-37, сделали все возможное для того, чтобы максимально модернизировать машину, однако к 1934-му стало ясно, что подход, примененный при разработке Т-37, устарел. Новое изделие получило обозначение Т-38. Хотя внешне новая машина отличалась от Т-37, в техническом отношении она недалеко ушла от своего прототипа. Концептуально Т-38 был решен так же, как и Т-37. Такой же осталась и численность экипажа, состоявшего по-прежнему из двух человек. Однако башня сместилась к левому борту; изменилось и местоположение механика-водителя. Т-38 был больше, чем Т-37, и отличался лучшей плавучестью. При этом он унаследовал вооружение Т-37 - один 7,62-мм пулемет ДТ, а также силовую установку предшественника - двигатель грузового автомобиля, ГАЗ АА. Первые Т-38 были изготовлены в 1936-м, а уже в следующем году начался серийный выпуск танков данной марки, продолжавшийся до 1939-го. На момент снятия с производства количество выпущенных Т-38 составило приблизительно 1300 единиц. В процессе производства модель претерпевала различные изменения. Первым вариантом стала модификация Т-38-М1, в которой конструкторы попытались внедрить трансмиссию новой системы. Затея окончилась ничем, поскольку представленная силовая передача оказалась слишком сложной для серийного производства.

Затем появился Т-38-М2, который устроил производственников, поскольку в его конструкции использовалась передача и двигатель новинки тогдашнего советского автомобилестроения - грузовика ГАЗ-M1. Свою лепту в дело разнообразия модификаций Т-38 внесли и эксплуатационники, заменившие пулемет на авиационную 20-мм пушку ШВАК. Когда Т-38, наряду с Т-37, довелось «понюхать пороху» во время Финской кампании 1939-40 гг., конструктивные слабости машины оказались совершенно очевидными. Танку очень не хватало надежной броневой защиты, поскольку даже пулеметная пуля могла пробить броню и вывести машину из строя. Несмотря на все попытки экипажей заниматься лишь разведывательной деятельностью и не ввязываться в бой.

Т-37 и Т-38 случалось участвовать в серьезных стычках, где амфибии весьма невысоко себя зарекомендовав. Невзирая на это, с вооружения их не снимали по той простой причине, что их было нечем заменить. Так или иначе Т-38, к несчастью для своих экипажей, продолжали оставаться в строю до 1942 г. и несли большие потери, поскольку советское командование, вопреки здравому смыслу, пыталось использовать амфибии в роли легких танков поддержки. Дабы не сворачивать существующие производственные мощности по выпуску Т-38, конструкторы попытались модернизировать Т-38, снабдив их более надежной броневой защитой. Однако ничего хорошего из этого не вышло, и проект пришлось закрыть.

Т-38 принимали участие в разного рода интересных опытах по использованию радиоуправляемых зарядов. Идея заключалась в том, чтобы вывести начиненные взрывчаткой легкие танки Т-26 на мост или иной подлежащий уничтожению объект и подорвать их с установленного в Т-38 пульта. Для этого Т-38 оснастили специальной радиоаппаратурой и даже присвоили особый индекс НИИ-20. Существуют ссылки на то, что подобные саперные операции проводились во время Финской кампании, однако сведений относительно того, насколько успешными они были, нет.

 

 

 

ЛЕГКИЕ ТАНКИ

Легкий танк Т-40

 

Легкий плавающий танк Т-40 был разработан в 1939 году на заводе № 37 под руководством Н. А. Астрова и предназначался для замены в войсках танков Т-37А и Т-38. Корпус Т-40 изготавливался из катаных броневых листов, соединявшихся сваркой или клепкой. Остойчивость танка на воде обеспечивалась только за счет формы корпуса — поплавки отсутствовали. В нижней части кормы корпуса находилась ниша для установки четырех лопастного винта и двух водоходных рулей. Ходовая часть танка состояла из четырех опорных обрезиненных катков на борт, ведущего колеса переднего расположения со съемным зубчатым венцом, направляющего колеса с кривошипным натяжным механизмом и трех поддерживающих катков.

В ходовой части использована индивидуальная торсионная подвеска опорных катков. В состав трансмиссии входили: сцепление, смонтированное на двигателе, коробка передач, главная (поперечная) передача, бортовые фрикционы с тормозами и бортовые передачи. Башня в форме усеченного конуса устанавливалась на шариковой опоре и; была смещена влево от продольной оси танка. Двигатель располагался вдоль правого борта корпуса. В амбразуре башни в броневой маске монтировалась, спаренная установка пулеметов ДШК и ДТ.  Для скорострельности пулемета ДШК его боекомплект помещался в кольцевой боеукладке. Танк Т-40 прошел обширную программу испытаний, в ходе которых был организован пробег по маршруту Москва — Минск — Киев — Москва, протяженностью 3000 км с преодолением всех встречавшихся водных преград. 19 декабря 1941 года танк приняли на вооружение. Заказ на 1940 год составил 100 машин, однако завод смог изготовить только 41. До 22 июня 1941 года изготовили еще 181 машину. Таким образом, на начало войны Красная Армия располагала 222 танками Т-40. В ходе первых же боев стала очевидной недостаточность вооружения танка. Летом 1941-го на Т-40 установили 20-мм авиационную пушку ШВАК с боекомплектом 154 выстрела, одновременно ликвидировав гребной винт и его привод. Последнее обстоятельство ускоряло процесс производства, а в реальной боевой обстановке плавать танку практически не приходилось. Этот вариант получил обозначение Т-40С ( «С» — сухопутный). На следующей модификации — Т-30 — отсутствовала уже и ниша для винта — кормовой лист корпуса был прямым. В остальном водоизмещающий корпус остался без изменений, но максимальная толщина брони возросла до 15 мм. Боекомплект пушки довели до 750 выстрелов. Следует, однако, отметить, что все три варианта танка в войсках по-прежнему именовались Т-40. Не разделялись они и в статистической отчетности, поэтому указать, сколько было изготовлено танков того или иного варианта, не представляется возможным. Всего же промышленность выпустила 709 танков Т-40, которые вместе со своим «младшими братьями» Т-60 состояли на вооружении одного из трех батальонов в танковых бригадах смешанной организации и использовались до середины 1942 года.

 

 

 

ЛЕГКИЕ ТАНКИ

Легкий танк Т-50

 

Работы по улучшению танка Т-126 СП в ОКБ-2 начались 1 октября 1940 года Л. Тронновым под общим руководством С. Гинзбурга. Однако уже 8 октября по просьбе начальника СКБ-2 Ленинградского Кировского завода (ЛКЗ) Ж. Котина в работы по улучшению танка Т-126 СП была включена группа А. Ермолаева, которая продолжила работы по "объекту 211". Также проектом легкого единого танка РККА в октябре 1940 года занималась группа слушателей Академии ВАММ им. Сталина под общим руководством Н. Астрова. В это время впервые и прозвучало название нового танка - Т-50. В ноябре 1940 года КБ завода №174 под руководством И. Бушнева разрабатывает три варианта танка Т-50 СП.

 

При рассмотрении этих проектов за основу взяли вариант №2 (СП-2) с продольным размещением дизельного двигателя и 6-катковой ходовой частью (Объект 135). Проект макета танка Академии ВАММ был отклонен по ряду конструктивных причин. В декабре макетной комиссией был рассмотрен проект танка Т-50, созданного заводом №174 (Объект 135). Масса этой машины составляла 14 тонн. В ней устанавливался улучшенный дизельный двигатель В-4 мощностью 300 л.с. (221 кВт). Танк имел цементованную броню 37 мм и его трансмиссия рассматривалась в двух вариантах - планетарный и гидравлический. В целом конструкция танка Т-50 завода №174 устраивала, но расположение командирской башенки сочли неудачным и ее перенесли в центр кормовой части башни. В конце декабря 1940 года свой проект танка Т-50 представило СКБ-2 Кировского завода. Проект во многом напоминал проект завода №174, но он прорабатывался под цельнолитой корпус, что делало танк очень дешевым. Также козырем кировцев была система охлаждения двигателя в виде подковообразного радиатора с вентилятором, вращающимся в плоскости подковы, что делало систему компактной и высокоэффективной. Поэтому танк Т-50 Кировского завода получил приоритет среди других конструкций. Опытные образцы танка Т-50 прошли испытания в феврале-марте 1941 года. На испытаниях танки двух заводов показали практически одинаковые результаты, поэтому в расчет бралась технологичность конструкции. А здесь выигрывал завод №174 им. К. Ворошилова. Для Кировской машины не была еще освоена технология цельного литья. Также ставился вопрос о системе питания двигателя.

 

Поэтому, в конце февраля 1941 года на вооружение РККА был принят танк Т-50 завода №174. Потребность в этих машина была очень высокой, порядка 550 штук. На начало Отечественной войны 22 июня 1941 года танк Т-50 в серийное производство еще не поступал и войсковые части не располагали этой машиной. Танк Т-50 имел классическую компоновку и очень сильно напоминал средний танк Т-34. В отделении управления мог поместиться только механик-водитель. В боевом отделении, в башне находились три члена экипажа - левее орудия находился командир орудия он же наводчик, правее - заряжающий, в кормовой части башни - командир танка, имеющий командирскую башенку с восемью приборами для обзора. Посадка и высадка экипажа осуществлялась через люк в лобовом листе корпуса, два люка в крыше башни. В кормовом листе башни имелась дверца для монтажа пушки. По обзорности легкий танк Т-50 превосходил средний танк Т-34. Помимо командирской башенки, прицелов и перископов наводчик и заряжающий имеет в бортах приборы наблюдения, закрываемые круглыми броневыми крышками. Механик-водитель имел смотровой блок в крышке люка, прикрывающийся броневой крышкой со смотровой щелью и шаровую опору для стрельбы из револьвера Наган.

Также в бортах отделения управления, слева и справа от места механика-водителя имелись смотровые приборы. Танк Т-50 вооружен 45-мм пушкой и двумя спаренными с ней 7,62-мм пулеметами ДТ. Угол вертикального наведения пушки составляют от -7° до +22° (первые машины имели угол наведения от -7° до +25°)Корпус танка Т-50 сварной из бронированной стали высокой твердости толщиной 12, 15, 25, 30 и 37 мм. Броня имела эффективные углы наклона и надежно защищала экипаж от 37-мм и даже 47-мм противотанковых остроголовых снарядов. Также на танке предусмотрена защита от ручных противотанковых средств. Выпускные щели охлаждающего воздуха находились на крыше моторно-трансмиссионного отделения и имели защитную решетке и заслонку, а выхлопные патрубки двигателя и щели для входа охлаждающего воздуха находились в бортовых листах кормовой части корпуса над гусеницами. Такая схема обеспечивала эффективное охлаждение агрегатов трансмиссии. В моторно-трансмиссионном отделении размещался 6-цилиндровый рядный дизельный двигатель жидкостного охлаждения В-4 мощностью 300 л.с. (221 кВт) и ресурсом 200-250 моточасов.

Трансмиссия танка Т-50 состояла из двухдискового главного фрикциона сухого трения, КПП, двух бортовых фрикционов с ленточными тормозами плавающего типа и двух бортовых редукторов. При повороте задействовались бортовые фрикционы с механическим приводом. Подвеска индивидуальная торсионная. Ходовая часть состояла из шести опорных катков с внутренней амортизацией, трех поддерживающих роликов по каждому борту, задних ведущих колес со съемными зубчатыми венцами цевочного зацепления, и передних направляющих колес с механизмом натяжения гусениц. Гусеницы мелкозвенчатые, траки выполнены методом литья из стали Гартфильда и имели ширину 360 мм. Танк Т-50 снабжался танковым переговорным устройством ТПУ-3 и радиостанцией КРСТБ, с 1942 года - радиостанцией 9Р с переговорным устройством ТПУ-2. Первые серийные образцы легкого танка Т-50 поступили уже на фронт в июле 1941 года.

До эвакуации Ленинградского завода №174 было выпущено 50 танков Т-50. В условиях военного времени была проведена большая работа по упрощению производства машины. До конца 1941 года стоимость производства танка Т-50 снизилась на 25-29% и составила в пределах 92000 рублей на заводе №174 в эвакуации. Стоимость танка Т-34 того же завода составляла 312000 рублей. Но в серию танк Т-50 так и не пошел по причине отсутствия двигателей, а Ярославский автозавод, где должны были наладить выпуск дизельных двигателей В-4, подвергся бомбардировке в 1942 году и практически был полностью уничтожен, по причине того, что его цеха были деревянными. Попытка установки на танк Т-50 двух спаренных автомобильных двигателей ГАЗ-202 не увенчался успехом. Кроме того, завод №174, находившийся в эвакуации в Омске, был сориентирован на выпуск танков Т-34. Недостаток же легких танков Т-50 планировалось компенсировать выпуском танков Т-70 и поставками из Канады танков Валентайн.